Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:57 

Дерек Хейл/Стайлз Стилински, AU/Drama/Humor/Romance - Продолжение

Amor omnibus idem (любовь у всех едина)...
25.06.2012 в 01:36
Пишет Salomeya0801:

Дерек Хейл/Стайлз Стилински, AU/Drama/Humor/Romance – Продолжение.
Название: Чтобы быть с тобой.
Автор: Salomeya0801
Фендом: Teen Wolf
Пейринг: Дерек Хейл/Стайлз Стилински (основной), Дерек/Айзек – (второстепенный), все остальные (по мере необходимости)
Рейтинг: от G до NС-17
Жанр: AU/Drama/Humor/Romance
Размер: Да, наверное, уже макси...
Саммари: Чтобы оставаться альфой, Дереку нужна не только стая, но и пара. Однако человек, который ему подходит – не отвечает взаимностью. Поначалу...
Отказ: чужого не надо, своего – не жалко ))
Статус: В процессе.
Предупреждения: ООС, чен-слеш.

Ну, скажем так: Глава 2

Хейл назвал Арджентам имена пар своих подопечных. Эрику, правда, пришлось допросить с пристрастием, но после того, как глаза Дерека покраснели от ярости, она все-таки рассказала собравшимся, кто ее загадочный Валентин. Точнее Валентина – это оказалась девушка по имени Гвен, дочка священника. О том, что у него самого и у Айзека пар нет, Дерек сообщил в последнюю очередь.

- Неужели? – усмехнулся Крис Арджент. – Альфа, и вдруг - одинокий рейнджер? Или, может, Чайльд-Гарольд?

- Вырвать тебе горло? Или, может, пойдешь блистать эрудицией в другом месте? – Дерек снова начинал заводиться.

- Я буду следить за всеми вами. И особенно – за тобой, Хейл. – пообещал Арджент. И, приблизившись к альфе чуть ли не вплотную, прошептал. - Не хочу пропустить момент, когда ты останешься без сил, а твое собственное горло прокусит один из твоих подросших волчат.

- Ух, ты! Следующая сцена - поцелуй? – оценил позу Хейла и Арджента вышедший на крыльцо Стайлз, - Что я пропустил?

От упоминания поцелуев Стайлзу тут же стало тошно, но он надеялся, что это ускорит прощание с Арджентами. И не ошибся. Охотники расселись по машинам. Элисон спросила у отца разрешения остаться, но Арджент из чистого упрямства запретил ей это, заметив все же, что она может взять с собой МакКола. Скотт и Элисон уставились друг на друга, как разлученные в детстве сестры из индийской мелодрамы, которые узнали друг друга по родинке. Момент, который двум влюбленным казался исполненным истины, а всем остальным – олигофреничности, разрушил отец Элисон.

- Давай, МакКол, отпросись у папочки и залезай в машину, ждать тебя не собираюсь. – бросил на ходу Крис Арджент.

- Скотт!.. – умоляюще протянула Элисон.

- Дерек?.. – обернулся Скотт.

- Я не твой папочка. – отрезал Дерек, повернулся к Скотту спиной и пошел к дому. Стайлз стоял у крыльца и мужественно смотрел в лицо опасности. Т.е. в лицо подходящему альфе. Он твердо решил еще раз с ним поговорить. И даже придумал контрольную фразу, с которой стратегически верно было бы начать беседу. Эта фраза включала в себя такие слова, как «Дерек», «пожалуйста», «пойми», «выслушай» и главную смысловую доминанту, на которую Стайлз рассчитывал больше всего – «дай мне еще один шанс объяснить». Да, это должно сработать. В этом есть толика самоуничижения и компонент мольбы – такие штуки обычно работают. Да. Вряд ли Дерек уже ему откажет. Не отрекаются, любя, и все такое. Стайлз вынул руки из карманов, вдохнул поглубже и начал свою трагическую партию.

- Пожалуйста, Дерек, надеюсь ты меня не убьешь, если…

- Убью. Не искушай меня!.. – сбил все оперное вдохновение Хейл, толкнул плечом и прошел мимо.

- У тебя перепады настроения, как у беременной бабы, ты в курсе? – крикнул Стайлз в спину оборотню, вбежав вслед за ним в дом. Досада и раздражение застилали даже инстинкт самосохранения. Правда, недолго. Осознав, что Хейл стремительным шагом возвращается, его голова слегка наклонена, а глаза - красного цвета, Стайлз отчетливо осознал, что никогда ему не быть тореадором… Да, и менеджером по продажам, пожалуй, тоже. Кто ж возьмет на работу менеджера по продажам без головы?.. «На колени, что ли, упасть?.» - тоскливо подумал Стайлз. За секунду до того, как когтистые лапы сомкнулись на его плечах, а затем впечатали спиной в стену. Больно. Стайлз рефлекторно открыл рот и рефлекторно же начал часто моргать. Самым позорным рефлексом стали слезы – спасибо хоть не текущие по щекам, а просто собравшиеся под нижними веками и щипавшие нос.

- Агрррр!.. – простонал единственный зритель его позора, задрав голову и судорожно мотая ей из стороны в сторону, пока клыки и шерсть не исчезли. А затем уже человеческая голова Дерека прижалась лбом к стене рядом со стайлзовым левым ухом. Оборотень пах каким-то знакомым парфюмом с древесным оттенком («Givenchy или Dior?» - зачем-то попытался вспомнить Стайлз) и тяжело дышал.

- Ну, давай…скажи это. – хрипло прошептал Дерек.

- Прости, пожалуйста, я больше так не буду? – сообразил Стайлз.

- Скажи, чтобы я тебя не ел…

Дыхание Дерека щекотало Стайлзу шею, вызывая теплые мурашки. Запах дерековой туалетной воды тоже был теплым, навевающим приятные воспоминания о детстве, когда лес, в котором Стайлз и Скотт бегали, сбежав из дома, казался сказочным и просто огромным. А главное – безопасным. Парадокс: Стайлз чувствовал себя почти уютно в тот самый момент, когда он находился в бОльшей опасности, чем когда-либо. Сила, которая исходила от Дерека, тоже ощущалась как тепло. Или Стайлзу просто хотелось так думать.

- Ну?.. Что же ты молчишь? – голос был спокойным. Грустным. Стайлз подумал о том, что в их большой и странной компании он – наверное, единственный, кто так часто видит Дерека грустным. Или единственный, кто вообще видит Дерека таким. И это снова вызвало чувство вины. Стайлз начал медленно поворачивать голову в сторону Дерека. Прямо перед носом парня оказались сначала густые темные волосы, затем ухо («Человеческое» - с облегчением отметил Стайлз), показалась щека, покрытая жесткой щетиной (которую Лидия с Эрикой считали «стильной», а Стайлз охарактеризовал как-то Скотту как «выпендрежно-ковбойскую»), и наконец – глаза. Они были закрыты. Стайлз скосил глаза вниз – губы Дерека наоборот были приоткрыты, он импульсивно прикусывал нижнюю губу. Стайлз подумал о том, что сказать ему собственно нечего, и по отношению к Дереку это не очень честно. Зачем, спрашивается, было добиваться разговора? О том, чтобы сейчас вернуться к первоначальной концепции беседы про «контролируемый обмен энергией» и речи быть не могло – это либо взбесит Дерека окончательно (и, соответственно, убьет Стайлза), либо расстроит Дерека еще больше и сделает Стайлза гребаным ублюдком в своих собственных глазах. Еще Стайлз подумал, что должен Дереку какую-то компенсацию. За весь этот день и за то, что произошло тогда – на кухне. Но что, черт возьми, он мог для этого сделать? Что? Поцеловать этого небритого мужика?! Да, ему бы это определенно понравилось! Стайлз вдохнул и долго не мог выдохнуть. Да…ему бы понравилось… А с такого близкого расстояние перспектива поцелуя как будто даже не казалась такой…невероятно отвратительной, как до этого. Стайлза не выворачивало наизнанку от того, что Дерек был так близко. Да, он мужчина. У него растительность на лице вместо косметики. Но в остальном – он просто человек (во всяком случае, в текущий момент – поправился Стайлз). Дерек теплый. И грустный. От него приятно пахнет. И ему нравится Стайлз. Возможно, нравится больше, чем кому-либо до этого. Дерек что-то чувствует к Стайлзу, а у чувств ведь нет половой принадлежности – все радуются, страдают, боятся или любят одинаково. Так почему тогда чувства Дерека могут казаться кому-то (то есть ему самому – с упреком напомнил себе Стиайлз) отвратительными или мерзкими. Странная вещь, человеческий разум… Объяснив себе что-то с другой точки зрения, можно устыдиться прежних убеждений. Стайлз моргнул, облизнул губы. «А, черт меня дери!..»

- Дерек?

- Что?.. – мужчина медленно повернул голову, приоткрыл глаза. И удивленно распахнул их, когда Стайлз, зажмурившись от страха и волнения, прижался губами к его губам.

***



Дерек распахнул глаза, но не смог шевельнуть ни рукой, ни ногой. Перед глазами на мгновение все расплылось. За это мгновение в его голове бегущей строкой пронеслись мысли о том, что он умирает или парализован, или ослеп. Что произошло? Стайлз повернул голову, позвал его, а потом… Мир снова обрел четкость, только уже совсем другую – Дерек понял, что сейчас он ощущает каждую микроскопическую частицу пространства и времени, одновременно видит их все в восхитительном многомерно объемном единстве и при этом непринужденно контролирует всю глубину и силу этих ощущений. Восторг, затопивший Дерека был сильнее любой эйфории, которую он только мог себе представить раньше – это был чистый катарсис, это было - чудо. Губы Стайлза прижимались к его губам, сердце Стайлза билось, как выпавший из гнезда птенец, которого Дерек держал в руках когда-то в детстве, а потом принес домой, и старшая сестра предложила вместе его выкормить, а потом отпустить на волю. Все хорошее, что когда-либо случалось в жизни с Дереком Хейлом, было сейчас рядом с ним. Но тут он почувствовал, что Стайлз начал отстраняться, очевидно, растерянный из-за отсутствия хоть какой-нибудь реакции. «Ну, и кто теперь сурикат?» - успел усмехнуться про себя Дерек. После чего немедленно пришел в движение: руки отпустили плечи Стайлза и, порывисто притянув его ближе за талию, мягко обхватили его лицо.

- Д…дерек?.. – Стайлз снова быстро моргал, одна из его темных ресниц упала на щеку. Дерека затопило чувство трепетной нежности и ощущение хрупкого, зыбкого, словно роса на паутине, счастья. Дереку никогда в жизни не было так хорошо и так страшно одновременно. Что если вот сейчас Стайлз оттолкнет его снова, назовет «мутантом», скажет не приближаться?

- Стайлз, пожалуйста!.. Пожалуйста!...- Дерек не мог бы сказать, о чем именно он просит и кого. Это было то «пожалуйста», с которым обращаются к богу или просто ко вселенной в момент сильного эмоционального напряжения: «пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть…». Дерек не знал, что пусть – случится, будет или кто-то должен что-то сделать. Он не думал о том, какое у него сейчас выражение лица или как звучит его голос.

Голос Дерека был выше, чем обычно и он дрожал. Глаза смотрели, не мигая, и как-то странно поблескивали. «Он ведь рыдать сейчас не собирается, нет?» - трусливо подумал Стайлз, и сразу вслед за этим - «Он ведь не сходит с ума?». Стайлз понимал, что он только что запустил какой-то процесс, суть которого ни фига не понимал и который ни секунды не контролировал. Стайлз облизнул губы. Дерек резко вдохнул.

- Я…- начал Стайлз.

- Пожалуйста!.. – прошептал Дерек и наклонился к его губам. Стайлз не сопротивлялся. Он положил руки Дереку на грудь, словно для того, чтобы оттолкнуть, но усилия не делал. Дерек медленно провел губами по губам Стайлза – теплым, слегка подрагивающим – затем очень осторожно, слегка сжал нижнюю, побуждая опуститься. Стайлз глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду и послушно приоткрыл рот.

Язык Дерека оказался хитрым захватчиком («хитрожопым» - хмыкнул про себя Стайлз) – он не врывался, не кидался в сражение и не пытался подчинить – он вообще вел себя так, как будто «сам здесь не местный» и просит только погреться у костра. Язык Дерека обходительно огладил кромку стайлзовых зубов, деликатно приблизился к языку Стайлза и самым кончиком пощекотал его с краю. Стайлз хихикнул, прерывая поцелуй и весело заглядывая Дереку в глаза.

- Что…- начал Дерек встревожено.

- Хватит быть попрошайкой! – усмехнулся Стайлз, положил руки Дереку на плечи, сам притянул его к себе и закрыл глаза.

Дерек издал горлом интересный стонущий рык и вот теперь-то показал свою звериную сущность, впившись в Стайлза, словно граф Дракула в подставленную шею после как минимум вековой диеты. Ненасытно охватывающий язык Стайлза, дереков язык теперь брал желаемое яростно и мятежно. Сам Стайлз завистливо подумал о том, что прежде. Чем целоваться с опытным парнем («Нет! Не думать о том, что он парень! С человеком! С опытным человеком!»), надо было хоть какие-нибудь видеокурсы по поцелуям посмотреть – для начинающих… Дерек переместил руки Стайлзу на спину и с нажимом поглаживал его вдоль позвоночника. По телу Стайлза разливалось незнакомое и жаркое чувство сладкой щекотки. Он чувствовал что-то похожее, когда дрочил («Не думать о дрочке! Не думать о дрочке! А то встанет!»), но тогда все ощущения сосредотачивались в нижней части тела и никогда не были такими сильными. Стайлзу хотелось стонать. Он несколько секунд подумал о том, будет ли это прилично. И застонал. Дерек ответил – снова этим своим прикольным рычащим стоном и горячо прошелся языком по верхней стайлзовой губе, меняя наклон головы. Что удивляло Стайлза больше всего (разумеется, сразу после того, почему ему вообще так кайфово сейчас!), так это неохладевающий характер процесса. «Чем больше ешь, тем больше хочется, да?» - рассудил Стайлз и на этом успокоился, погладив большими пальцами дерекову шею с двух сторон. Дерек прижал Стайлза сильнее, и тот был не против – чего уж теперь… Губы обоих стали очень влажными, языки очень горячими…(«Нет-нет-нет! Не думать о влажном и горячем, а то…Поздно, блядь! Началось!»). Стайлз дернулся, пытаясь отодвинуть от Дерека нижнюю часть тела. Дерек недовольно куснул его за губу («А ты наглеешь, парниша!») и напряг руки, не позволяя. Стайлз попытался призвать разум, перекрикивая рев взбесившихся гормонов, чтобы узнать у него, хочет ли он продолжения. Вместо разума отозвался Айзек. «Айзек?!!!»

- Дерек! – шаги на крыльце. Дерек моментально отпустил Стайлза, аккуратно прислонив его к стене. Одним прыжком подскочил к двери, распахнул ее, крикнул: «Всем живо валить в магазин за едой!», получил в ответ «Но Скотт уехал…», рявкнул «Значит, без Сккотта!», успел услышать «А Стайлз?» и захлопнул дверь.

- Они что-то подозревают… - в ужасе прошептал Стайлз, глядя в одну точку на полу перед собой.

- Да. Что я тебя съем. – ухмыльнулся Дерек, ревниво наступив на эту точку.

- Да?..Ну и ладно. – успокоился Стайлз. Он оперся руками о стену, вытянул ноги вперед и поднял глаза на Дерека. («Боже, нет! Это не тот же самый момент с индийскими сестрами, ведь правда?!»)

- Ты как? – тихо поинтересовался Дерек.

- Не поверишь! Как будто с мужиком целовался! – Стайлз почувствовал себя лучше, вернувшись к привычной манере речи («остроумной» по мнению Стайлза и «шутовской» по оценке его отца). И вдруг поморщился, дотронувшись до подбородка, - Фу!..

- Что «фу»? – напрягся Дерек.

- Щетина! – предъявил претензию Стайлз.

- Тебя смущает моя щетина?

- Меня смущает твой член!

Дерек рассмеялся. Расслабленно. Стайлз почувствовал удовлетворение – он не зря старался.

***




Стайлз никогда бы не подумал, что сегодняшний день, начавшийся ничем не примечательной яичницей с беконом, закончится революционным срыванием флагов твердых ранее гетеросексуальных убеждений с его же собственной непреступной до сих пор (просто в силу отсутствия серьезных посягательств) крепости. Знал бы Стайлз это заранее, может, бросил бы копить карманные деньги на новый ноут и заказал бы на дом ресторанной еды и стриптизерш. Хотя, если вместе с едой из ресторана, хватило бы, наверное, только на одну стриптизершу… Ну, да ведь можно было бы угостить девочек и яичницей! Стайлз шкодливо улыбнулся своим мыслям. Неотрывно следивший за ним, как сумасшедший профессор за франкенштейном, Дерек истолковает эту улыбку как одобрение произошедшего и побуждение к продолжению. Дважды побуждать Хейла не надо. Он подходит вплотную к Стайлзу, поставив ноги по разные стороны его вытянутых вперед конечностей, и немного подтягивает парня вверх.

- Эй! – возмущается Стайлз, брыкаясь. – А словами попросить нельзя было? Когда меня хватают без объяснений, я чувствую себя персонажем «Молчания ягнят».

Непонимающий взгляд. Склоненная набок голова.

- Что – не смотрел? Да ла-а-а-адно?! Это ж классика ужасов, чувак! – Стайлз чувствует себя отмщенным за превосходство Дерека в поцелуях. Дерек, кажется, не возражает и как будто даже разделяет триумф стайлзовой эрудиции – он удивленно мотает головой, мол «в самом деле? Ну, надо же!», заинтересованно наклоняется ближе, явно собираясь задать вопрос по теме. Даже руку поднимает. Стайлзу на шею.

- Ты мне покажешь?.. – да этот выпендрежник пытается изобразить возбуждающий шепот! И...черт возьми, у него получается! А он ведь даже, наверняка, не знает научного обоснования этого понятия и не сидел, как Стайлз, ночи напролет, изучая статьи «Мира эротических удовольствий» в интернете…Стайлз снова напоминает себе не думать о «влажном и горячем». Куда там! Дорогое воображение, мы были очень близки, но теперь ты мне только мешаешь – отключись не хрен! Черт, черт, черт! Мои мысли, мои скакуны…Интересно, у Дерека хоть не как у скакуна?.. Блядь! Да кто ж в этом мозге отвечает за сравнения?!

- Сдохни, извращенец… - бормочет Стайлз, строго заглядывая внутрь себя в поисках мыслепреступников.

- Стайлз?..- что это мелькнуло в этих прожигающих глазах? Неужели, страх? Главное не совершить случайного самоубийства с помощью глупых уточнений!

- Что? А, нет!!! Я не тебе! – тараторит Стайлз. – Ну, понимаешь. Тихо сам с собою я веду беседу... хе-хе….. Так о чем это мы? Скакуны, да? А что – скакуны? Я забыл…

- Ягнята. – с улыбкой поправляет Дерек, снова расслабляясь. Стайлз чувствует, как кровь приливает к щекам. «Доигрались, да?! Собрались, блядь, - мудачье сплошное!» – мысленно орёт он на внутренних врагов и изо всех сил пытается сосредоточиться. - «Молчание ягнят», да! Очень крутой фильм. Рекомендую! Посмотри.

- А ты не против, если мы вместе? – Это Дерек шепчет уже в самое ухо, крепче сжав ноги Стайлза своими. Одна рука начинающего киномана при этом поглаживае сзади шею Стайлза, другая – ненавязчиво гуляет вверх-вниз по его боку. «Не думать о влажном и горячем и о скакунах! Не вспоминать советы из «Эротических удовольствий»!» - список явно расширяется, надо бы срочно найти альтернативу опасным воспоминаниям – давним и совсем-совсем недавним…Так! Стоп! Сосредоточиться на дыхании! Да! Вдох-выдох, как там всегда говорят по телеку беременным? «Отлично, Стайлз! Продолжай в том же духе, и скоро начнешь рожать!» Пи-и-издец!» - с чувством отчитывает себя Стилински.

- Стайлз, так мы можем?..- Дерек проводит вверх по краю уха носом, а затем вниз – языком.

- Можем! Определенно! – Стайлз не железный! Стайлз сделан из теста, как пряничный человечек, и если уж его макают в молоко, он обречен. А молоко Дерека - еще явно и с добавлением какой-то забористой наркоты. Молоко Дерека… «Да еб вашу мать! Не болит голова у дятла – продолжает долбить по электрическим проводам! Эй, Дерек, доставай уже своего скакуна – посмотрим, много ли он у тебя дает молока!». От стыда теряют сознание?!

- Значит, можем… А когда?.. – язык Дерека скользит по спирали ушной раковины, проникая все глубже, массаж шеи уже «сделал» всухую и отправил в отставку всех тайских умелиц.

- Когда?..- Стайлзу мучительно и божественно одновременно. Он закрывает глаза, запрокидывает голову. – Сссейчас?...

- Сейчас? Но у меня нет телевизора, ты забыл? – улыбается Дерек. Улыбается, плотно прижимая губы к бьющемуся на шее пульсу.

- А зачем телевизор? – и зачем вообще вся эта интеллектуальная викторина с вопросами, когда Стайлз совсем не хочет стать миллионером – Стайлз хочет стать голым! Ему жутко тесно в джинсах и жарко в футболке.

- Чтобы смотреть твои ужасы…- язык Дерека скользит от кадыка вверх преступно медленно, - Классику жанра…. –и добирается до губ. Наконец-то!

- Дерек, я передумал насчет фильма. Давай лучше, знаешь, это как-нибудь потом. – Стайлз тараторит прямо в этот наглый улыбающийся рот, касаясь губами губ Дерека («Да-да! Влажных и горячих!!!»). Надо срочно объясниться сейчас, чтобы потом уже не отвлекаться на всю эту чушь со скачущими мыслями («Да, скачущими, как долбаные скакуны!»), - Я сейчас что-то устал. Набегался. За день. Честно, говоря, даже присел бы куда-нибудь. Ты не против? Я могу вот прямо здесь – на пол.

- Может, на диван? – легко включается в игру соблазнитель несовершеннолетних.

- Можно и на диван, - Стайлзу, наверное, даже удалось бы изобразить равнодушный голос, если бы он видел в этом хоть какой-то смысл в тот момент, когда Дерек, не переставая улыбаться, быстро наклоняется, подхватывая его и поднимает, заставляя обхватить себя руками за шею, а ногами - за талию. А затем, словно Стайлз ничего не весит, легко несет его к дивану. И, да-да-да, всю дорогу Стайлз судорожно реконструирует в голове все, что он успел почерпнуть из «Эротических удовольствий»

***


Вообще-то это, наверное, даже полезно – время от времени проводить моральное перевооружение. Эта возвышенная мысль посещает Стайлза в тот момент, когда сам он опускается Дереком на диван. Дерек делает это аккуратно и бережно, так что ничто не отвлекает Стайлза от стихийного философствования. Если вдуматься, любые принципы, «освященные» традицией и житейским опытом, рано или поздно все равно окостеневают и становятся не маяками, а скорее оковами. Да! Сковывают и не дают делать новые открытия, идти вперед. Дерек наклоняется вперед, ложась на Стайлза. Стайлз слышит, как в свежезабронированный кузов его сознания отчаянно стучится какая-то неприятная предупреждающая мысль, но никак не может уловить, что она там вопит, все время отвлекаясь на более близкие звуки. Шорох снятой и отброшенной Дереком футболки, собственное шумное дыхание, скрип диванных пружин, когда Дерек толкается своими бедрами в бедра Стайлза. А, впрочем, к черту иносказания! Дерек лежит между разведенных ног Стайлза, которые все еще переплетены у мужчины за спиной, и сквозь все слои одежды толкается своим членом в стайлзову промежность. И это охренительно приятно. И совсем не страшно. Подумаешь – член!.. Стоп! Это же было контрольное слово, которое Стайлз придумал себе еще раньше, поняв, что теряет контроль над собственным развращением – он решил позаимствовать опыт у садо-мазохистов и приказал себе немедленно остановиться (что бы в этот момент ни делал!) сразу, как в происходящем появится «член». И член появился. Даже два члена, которых уже успел заочно познакомить Дерек. Кстати, как он там? Стайлз поднимает взгляд и сразу жалеет – что он там бредил минуту назад про моральное перевооружение? Нет-нет-нет, дорогая старая религия, прими блудного сына, пожалуйста, назад в свою надежную пуританскую обитель. Ибо блудный сын явно связался с сектантами – у кого еще могут так сатанински гореть глаза? Алё? Предупреждающая мысль? Не могла достучаться – решила дозвониться? Ну, привет! Кого съедят? Меня съедят? И не подавятся? Прости, подруга, не наберешь для меня 911? Дерек, хищно облизываясь, подтягивается выше, садится на колени и тянет стайлзову футболку вверх. Вот теперь начинается настоящее садо-мазо. От перевозбуждения, не переходящего (например) в дрочку, у Стайлза начинают ныть яйца, от прикосновений Дерека к обнажающемуся животу – рефлексы организма сходят с ума, и тело просительно выгибается без всякой санкции мозга, а от того, что творится в этом самом мозге, страх и раздражение на ситуацию сковывают единственный ценный и действительно заслуживающий доверия стайзов орган – язык.

- Помоги мне…- Дерек, скатавший футболку у подмышек Стайлза, нетерпеливо дергает ее вверх, побуждая своего пленного поднять руки. Не надо, я и так сдаюсь! Пожалуйста, пощадите – за меня дадут выкуп! Хейл глухо стонет и порывисто опускает голову к стайлзову животу. Ха! Язык? В пупке? Скользит вверх, оставляя широкий влажный («И горячий!») след? Облизывает сосок? Вы думаете Стайлз на это купится? Поздравляем, вы ясновидящий!!! Де-е-е-ре-е-ек….Боже!...Ммммм… «Член!». «Член! Член!! Член!!!!».

- Стой! Подожди! Минуту! – голос не слушается, как во сне, когда стараешься крикнуть громко, а получается хрип. – Член!

- Что? – Отлично! Супер! Фуух! Может, для Дерека это тоже контрольное слово?

- Член. – уже спокойнее, переводя дух, повторяет ему Стайлз с заговорщицкой интонацией «ну, ты-то знаешь эту нашу секретную договоренность».

- Я думал, что проблема наличия у меня члена уже не так актуальна? – Дерек выглядит сбитым с толку.

- Не так актуальна?!! – взрывается Стайлз, - Я не гей!!!

- Я надеюсь на это. – серьезно отзывается Дерек.

- Почему это? – удивляется Стилински.

- Не хотелось бы профилактически убивать всех самцов в стае.

- Я тоже самец, между прочим! У меня есть ЧЛЕН! – Стайлз резко приподнимается на локтях и ждет реакции на признание.

- Я могу его увидеть? – деловито интересуется Дерек.

- Что?!!!!

- Ты делаешь такие неожиданные утверждения…- игриво улыбаясь, обосновывает свою просьбу Дерек, - В то время, как я, конечно, рассчитывал совершенно на другое. – поцелуй в скулу. - Не знаю… Может, ты все же заблуждаешься?.. – страстное втягивание в рот стайлзовой нижней губы. - Но, к счастью, еще не поздно все выяснить! Эмпирически.

Он издевается! Бесстыже лыбящийся изврат! Он считает это смешно?! А это не смешно! Это, блядь, страшно! И стыдно. И…Аххх!.. Твердая ладонь опускается на стайлзову ширинку, первое же касание ощущается как жгучая ласка.

- Дддерек!...Ты…мммм….Ты обеща-а-аххх….Обещал! – последний аргумент! Дерек поднимает хмельные глаза.

- Я обещал, что ничего тебе не сделаю. – вспоминает оборотень их первый разговор на «тему недели № 1». – Я не сделаю ничего, если ты не захочешь.

- Я не…- Стайлз в отчаянии закусывает губу. Он так хочет, так… Он так боится. И он почти парализован все никак не отпускающим параксизмом смущения. – Я не знаю! Не знаю, хочу ли, ясно?!

- Проверим?..- мягко, успокаивающе.

- Эм..Эмпирически?

- Как скажешь.

- Ладно.

- Ладно. Ты решаешь. – Ага! Ври, да не завирайся. Звук расстегивающейся молнии на джинсах звучит, как голос Шарля Перро, читающего мораль глупым девушкам, готовым довериться крупным лесным хищникам, прикинувшимся родственными душами.

- Я не девушка. – успокаивает себя Стайлз.

- Определенно. – подтверждает Дерек, отодвигая резинку его трусов вниз .

- Ты правда хочешь это сделать? – Скажи – да! Скажи – да! Стайлз либо кончит, либо сдохнет, третьего – не дано!

- Я хочу тебя. – Дерек сжимает пальцы вокруг пульсирующего бОльным удовольствием стайлзова члена, облизывает губы и начинает наклонять голову. Стайлз вдыхает и не выдыхает.

Хлопает входная дверь.

-Стайлз, ты здесь?

«Скотт, пожалуйста-пожалуйста, съебись в черёмуху!»
***



Удар в спину является подлым предательством именно потому, что спина по праву считается одним из действительно уязвимых мест человеческого тела. Но Скотт оказался не только коварным, но и искусным предателем – умудрился, используя только голос, ударить Стайлза даже не в спину, а прямо по яйцам. Дерек (молодец!) крутой мужик – сразу дал вероломному обидчику сдачи! Правда, почему-то избрав в качестве мишени для мести спинку собственного дивана (возможно, она имеет к Скотту какое-то отношение?) и вмазав по ней со всей дури кулаком. Стайлз – тоже мужик, в общем-то, не плохой. Но не орёл!.. Он чуть не разревелся, захлебнувшись воздухом, и вместо Скотта наказал себя – впился зубами в собственное запястье, чтобы не заорать от когнитивной диссонансности ситуации. Потому что Скотт уже играет Христа, явившегося народу, а Дерек все еще заканчивает сцену «Не ждали». Одна рука Дерека (не вступавшая в дуэль с диваном) все еще держит Стайлза за самое уязвимое место, преданно сжимает и поглаживает, отказываясь от трусливого бегства. Стайлз понимает, что он обречен – позор или смерть – как-то так. Если Скотт увидит его таким – Стайлз навсегда сделается изгоем в собственных глазах, если Дерек остановится и уйдет – Стайлз умрет от потери крови, которая стремительно сливается в нижнюю часть тела и вряд ли согласится добровольно вернуться к иссыхающим сердцу и мозгу, если только не…

- Выдохни резко!..- шепчет Дерек. Хорошо, доктор! А тужиться когда? Стайлз дисциплинированный пациент (да, и зачем теперь его легким воздух, если крови там все равно нет?..). Он быстро и до конца выдыхает через нос, девятый вал сейчас накроет его, и он уже никогда не сможет вдохнуть… Но он может, еще как может, потому что через секунду девятый вал оказывается внутри Стайлза! Стайлз, хочет кричать, но может лишь со свистом втягивать огромную волну в ноздри и чувствовать, как она солено плещется на языке, когда Дерек одним сверхскоростным движением опускается жадным обжигающим ртом на стайлзов член, погружая его все глубже и глубже во влажную чувственную глубину. А потом губы и горло Дерека сжимаются очень-сильно, а вместе с ними для Стайлза сжимаются небо и земля, сдавливая его, как твердая рука судьбы - беззащитный тюбик зубной пасты. Последнее, что чувствует Стайлз – это как разрывается его загнанное куда-то вниз сердце. Закрывает глаза. И умирает счастливым.

А воскресает Стайлз, слыша голос из прекрасного далека. Как и полагается, голос спрашивает строго.

- Дерек, что за херня?! Где все? Где Стайлз? Он уже час трубку не берет!

- Так-так-так…Блудный сын явился и не извиняется…- тянет в ответ другой прекрасно-далекий голос. Медленно так тянет, словно хочет отвлечь собеседника от…Блядь! Стайлз подскакивает на диване, пытаясь оценить масштаб катастрофы. Смотрит вниз – джинсы застегнуты на молнию, только пуговица не в петлице и футболка задралась на живот. Фигня! Тоже, конечно, аварийная ситуация, но не Чернобыль ведь! Стайлз устраняет беспорядок, поднимает руку пригладить волосы, и вот тут находит страшную утечки радиации! Запястье прокушено, из ранок на покрасневшей травмированной коже сочится кровь – та, что насочилась ранее, размазана до локтя. Стайлз вскакивает и начинает метаться по пустой комнате в надежде найти, чем прикрыть расписку во всех грехах. В углу валяется кусок доски размером как раз со стайлзову руку, парень только успевает ее схватить, как оказывается застигнутым на месте преступления.

- Стайлз, мать твою! Что здесь происходит?! – Скотт быстрым шагом подходит к другу, в его голосе звучат опасение и упрек.

- Ничего! Совсем. А что? – Стайлз изображает расслабленную позу, непринужденно держа обломок доски, как винтовку на параде.

- Я звонил 15 раз! – срывается на крик Скотт.

- Мне?! – страх и раскаяние получаются натуралистично.

- Нет - в общество по защите прав потребителей, блядь! Почему ты трубку не брал?!!

- Я был занят…Я…Прости, ладно? Все хорошо, правда! Прости. – Стайлз видит, что гнев Скотта начинает линять на милость. Ой, нет – на подозрительность!

- Постой-ка! Так чем, ты говоришь, был занят? – Ох, не прищуривай так глаза, Скотт, - китайчонком станешь! – Дерек?!

- Заканчивай тявкать! Достали! Проходной двор!.. – Хейл стоял, привалившись к косяку, но теперь оттолкнувшись, прошел в комнату и расслабленно упал на диван, положив руку на спинку, которая за недавнюю взбучку зла явно не держала. Скотт принюхался. О-боже-нет-нет-нет!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Китайчонок! Скотт, ты уже китайчонок!

- Чт…Что?!!.. Здесь пахнет…- а вот теперь, Скотт, ты пучеглазый морской окунь. Так и молчал бы! Как рыба.

- Прежде, чем ты совершишь непреднамеренное самоубийство, МакКол, - свирепо рычит Дерек, - И отвечая на твой, не заданный – к счастью для тебя! – вопрос, просвещаю: прежде, чем сюда явился твой человеческий хвост («Это кто хвост? Это я – хвост?! А кто только что МОЙ хвост облизывал?!!»), я отдыхал на этом диване в одиночестве. Ты схватываешь, МакКол?

- Эээ…да. Да! Извини. – стыдно тебе, Скотт? То-то же! Стайлз исренне гордится Дереком. – Но все же…Стайлз, зачем ты сюда пришел-то?

- За делом. – Ну, что привязался?! Рука болит, доска тяжелая, Скотт надоел. – Я попросил Дерека поучить меня драться. Ну, знаешь, все эти приёмчики Кунг-фу Панды. На всякий случай – для самообороны.

- И ты согласился?! – оборачивается Скотт на Дерека в полном изумлении.

- Ну, это же легальный способ попинать мое самолюбие! Ха-ха! – успевает первым ответить Стайлз. – Причем и в переносном, и в прямом смысле.

- А почему пахнет кровью? – настораживается неугомонный Скотт. Все, маскировка провалилась. Прощай, Мата Хари!..

- Да я поранился слегка. Ерунда! Сам виноват. – Улыбаемся и киваем. Улыбаемся и киваем.

- Покажи?! – Скотт двигается быстро и он сильнее. Доска отброшена, рука вывернута к свету, Стайлз пойман окончательно.

- Что. Это. За. Хуйня?!!!!! – Скотт начинает перевоплощаться, разворачиваясь к дивану. Только не это!!!

- Скотт! Скотт!!! – Стайлз повисает на нем, как мартышка, - Успокойся, ладно? Послушай меня! Дерек этого не делал! Он ничего не делал! Это я случайно упал так на руку. Зубами….

- Стайлз, зачем ты мне врешь? – Скотт глубоко расстроен, но это ничего – это хоть по-человечески.

- Я не вру, Скотт. Ну, правда! Это я сам себя укусил!

- Но зачем?!!!

«Потому что ты, чертов придурок, приперся!» - мог бы ответить Стайлз. Но указывать людям на их ошибки – не всегда правильно, и Стайлз вовсе не хотел, чтобы Скотт испытывал чувство вины из-за его боевых ранений. Нужно было срочно придумать что-то другое! Хоть бы Дерек помог, что ли?..

- Дерек, прости, ты не поможешь?.. – озвучилась стайлзова мысль голосом Айзека. Входящего в дом Айзека! - Куда эти пакеты?..

- Айзек, дружище! – вопит Стайлз, выбегая в холл, - Я тебе помогу! Что ж ты так долго, Моисей, - заблудился в пустыне?!

В гостиную Стайлз возвращается, счастливо обнимая растерянного Айзека, всем видом гордо показывая пялящимся Дереку и Скотту: да-да, и не спрашивайте - у вас своя свадьба, у нас — своя!

***


У матросов нет вопросов, и Айзек с Джексоном, Лидией и Эрикой – определенно матросы! Семь футов им под килем! Раненую руку Стайлза, конечно, заметили все, но всерьез беспокоиться по этому поводу, к счастью, никто не стал. («Друзья называется!...»)

- Наверху есть перекись и бинт, – намекнул Стайлзу Айзек.

- Если надо съездить в аптеку, то я не поеду! – небрежно похлопал Стайлза по плечу Джексон, внушительно заглянув ему в глаза.

- Кровью пахнет… Мяса хочется! – поделилась Лидия, проходя в помещение, считавшееся «кухней», - Давайте съедим кого-нибудь?

- Давайте лучше я яичницу пожарю? На всех! – решил выкупить свою жизнь непосильным рабским трудом раненый Стайлз.

Пока остальные разбирали пакеты, Стайлз все же решил воспользоваться советом Айзека и поднялся на второй этаж в поисках перекиси и бинта. «Я целовался с оборотнем, - при этом размышлял он, - А потом прокусил себе руку. Что, если у меня во рту при этом все еще оставалась его слюна?!! Кто знает, какие мутации это может вызвать?.. Как у Лидии? Или похуже?!! Я же теперь не стану какой-нибудь голубой креветкой?!!!!!!!!!!».

Причиндалы для первой медицинской помощи обнаружились в почти не тронутой разрушением ванной. Стайлз взял в руки пузырек с перекисью, поискал глазами, куда можно было бы сесть, и устало опустился на крышку унитаза. После всего пережитого он чувствовал элегическую опустошенность, хотелось спать. Надо бы отцу позвонить – Стайлз обещал после школы помочь ему в гараже, а сам даже домой не заехал. Или можно просто поехать домой. Что его, в сущности, держит здесь сейчас?

- Стайлз. – В голосе альфы, который только что общался со своими младшими сородичами резким командным тоном, сейчас отчетливо слышались беспокойство и забота. Он подошел к Стайлзу, плавно опустился перед ним на корточки, мягко забрал из рук перекись, поймал сосредоточенными глазами сонный стайлзов взгляд. – Рука? Больно? Давай помогу.

Стайлз резонно решил, что если ему суждено превратиться в креветку, то это и так уже произойдет – еще немного слюны оборотня жизни не испортит. А руку, может, и вылечит. Он вяло улыбнулся и протянул Дереку конечность. Тот присмотрелся.

- Все будет в порядке. Ничего страшного. – с облегчением выдохнул Дерек, наклоняясь к изувеченному запястью.

- Его рука – он сам решит, насколько все страшно! – и откуда у Скотта взялась эта сварливая старушечья интонация? Стайлз глупо улыбнулся.

- Вали отсюда МакКол. – Не повышая голоса и не меняя позы, посоветовал Дерек.

- Только вместе со Стайлзом. Стайлз, пойдем! – «Вот это мой Скотт! – с восхищением подумал Стайлз, - Упрямое парнокопытное!» Улыбка Стайлза, когда он посмотрел на набычившегося Скотта, сделалась почти отеческой.

- Ты совсем идиот?! – Дерек все же поднялся на ноги, бережно вернув руку Стайлза парню на колени. – Он поранил руку…

-Да! И кто же, интересно, в этом виноват?!

Дерек проглотил раздражение, но не успел подавить красную вспышку в глазах.

- Я могу вылечить его за минуту!

- Нет, уж! Спасибо, доктор Смерть! – Скотт едва не подпрыгивал от нервной озлобленности. – Если мой друг нуждается в помощи оборотня, то этим оборотнем буду я! Пойдем, Стайлз!

- Он не твоя пара, кретин! – Дерек явно терял терпение.

- И не твоя! – Охх, Скотт, зря ты это… Теперь всё, прости-прощай. Стайлзу так не хотелось (так не хотелось!) шевелить языком, а тем более чем-нибудь еще, но он заставил себя встать, опираясь здоровой рукой на бачок унитаза, чтобы как-то все уладить и не дать Дереку, например, рассказать что-нибудь…лишнее... Правда, надо было торопиться, потому что Скотт уже болтался, прижатый к стене в нескольких сантиметрах от пола, а Дерек вдохновенно доносил до его сведения, кто здесь альфа. А Стайлз так устал, так устал…И рука болела непрерывно. И пора домой…домой…

- Я домой… - Он сделал это! И шаг к выходу, и целую осмысленную фразу! Голос звучал жалобно, но не капризно. Хорошо. Дерек отпустил Скотта и шагнул к Стайлзу, но Скотт рванул в обход Дерека и успел первым. Рука Скотта на плече – это тоже хорошо. Жизнь налаживается.

Дерек пронаблюдал, как Скотт и Стайлз прошли мимо, и вышли из ванной. Он не стал их останавливать – Стайлз нуждался в отдыхе. Дерек вышел из ванной и, быстро прошагав по коридору, в комнату за противоположной стеной, встал у разбитого окна и посмотрел во двор. Стайлз и Скотт подошли к джипу, Стайлз отдал Скотту ключи, а сам с явным усилием забрался на пассажирское сидение. Дерек даже на таком расстоянии слышал учащенный пульс и тяжелое дыхание Стайлза. И он был просто взбешен, внутри все кипело – Стайлзу нужна его (а не чертова МакКола!) помощь! Стайлз его пара! Его! Воспоминание об этом разлилось внутри Дерека волной возбуждающего жара. Альфа положил правую руку на ширинку, сжав стремительно твердеющий член – он сам не понимал, каким сумасшедшим усилием заставил себя подавить возбуждение, когда ему пришлось оторваться от Стайлза, и как он смог продержаться без эрекции всё прошедшее с того момента время и до сих пор. К водительскому окну джипа подошла Эрика, она о чем-то договаривалась со Скоттом – Дерек мог бы подслушать, но предпочитал сосредоточиться на том, как Стайлз елозит по сиденью, устраиваясь поудобнее, дует на рану на запястье, вздыхает, откидывая голову назад. Дерек расстегнул джинсы и скользнул пальцами под резинку трусов. МакКол и все остальные, конечно, почувствовали, что Стайлз насквозь пропах альфой, но объяснение про Кунг-фу Панду всех устроило. Хотя, главное, что оно устраивает Стайлза. Самого Дерека гораздо больше устроила бы правда. Он хотел бы прорычать своё право на Стайлза перед луной и перед стаей. Он хотел бы положить Стайлза в свою постель и сорвать с него эту упрямую футболку и эти дурацкие джинсы. Дерек сжал член сильнее, чем хотелось, словно наказывая себя за слабоволие.

- Стайлз. – прошипел сквозь зубы Дерек. – Обернись…
Эрика кивнула Скотту и пошла обратно к дому. Скотт глянул на Стайлза, откинувшего голову на сидение и закрывшего глаза, и завел мотор.

«Обернись!»

Машина медленно двинулась вперед, наткнулась на кочку – отъехала чуть назад.

«Обернись!..»

Джип подъехал к границе участка. Скотт переключил скорость. Стайлз открыл глаза и обернулся.

***

URL записи

Не все отцы одинаково занудны. Некоторые – еще и чудовищно мстительны! Да, Стайлз не помог ему в гараже, да - не предупредил об опоздании, да – поранил руку. Так что ж ему теперь - нужно за это все нервы истрепать, чтобы потом сдать в больницу с диагнозом «психопат»?! Шерифа Стилински не красила его работа – опыт длительных дежурств и патрулей закалили в нем совсем не те качества личности, которые сейчас могли бы пойти на пользу Стайлзу. Отец дежурил у его постели, патрулируя комнату, уже второй час. Но самым невыносимым был непрекращающийся допрос.

- Стайлз, хватит вилять!

- А скулить и лаять можно?

- И закончи кривляться!

- Но я долго репетировал этот номер! Вдруг, тебе понравится?

- Мне понравится, если ты расскажешь правду! Наконец!

- А смысл, если тебе нужна не правда, а добровольное признание в преступлениях, которых я не совершал?! Я сказал правду с самого начала: играли в лакросс, споткнулся, упал, порезался об острый камень.

- И что же – на поле для лакросса валяются камни, о которые можно серьезно порезаться? – отец просто, - ну сама язвительность! Парируй, Стайлз, парируй!

- Я порезался НЕ серьезно!

- Хватит врать! Мама Скотта была со мной по телефону так вежлива и так аккуратно подбирала слова, словно искала альтернативу фразе «мне очень жаль – с вашим сыном случилось несчастье»! Что у тебя там, Стайлз?! Трещина в кости, закрытый перелом?!!

- Нет!..

- Открытый перелом?!!

- Отличный подход! Если я снова отвечу «нет», ты предположишь, что моя рука вообще уже ампутирована?!

- Стайлз. Пожалуйста. Скажи как есть. Закончим с этим, и я пойду готовить тебе ужин.

Стайлз видел, что отец тоже устал. Стайлз не был садистом, чтобы доводить родителя совсем уж сильно, а тем более не был мазохистом, чтобы интересоваться тем, что за этим последует.

- Ладно. Это – укус.

- Укус? А почему ты не сказал об этом с самого начала? – Отец явно не догонял всей пикантности ситуации.

- Боялся, ты спросишь – кто укусил и при каких обстоятельствах….- терпеливо пояснил Стайлз.

- Кто это был? – быстро среагировал шериф.

- Ну, вот – видишь?!

- Отвечай немедленно!

- Девушка, папа! Это была девушка! И пожалуйста! ПОЖАЛУЙСТА! Не уточняй, почему она это сделала!

- Кхм… А ты подари своей подружке намордник! – маскируя за резкостью смущение, шериф поспешно (наконец-то!) вышел из комнаты. Стайлз улыбнулся – он отличный шпион, он уступает Мата Хари только размером груди! Да. Теперь можно подремать – отец не скоро появится. Упс! Нет, как ни обидно признавать, - Стайлз уступает Мата Хари еще и интуицией. Отец не вошел, но постучал в дверь.

- Стайлз, к тебе Хейл.

- Дддерек?.. А…Хорошо, пусть поднимается. - Стайлз только расслабился! А теперь – опять надо волноваться! Дерек же не станет в его доме, при отце делать что-нибудь… противоестественное?! «Противоестественное» - с точки зрения ограниченных ксенофобов, к коим он уже не относится (к счастью ли, правда?..) – поправил себя Стайлз. И сел в постели. Дверная ручка начала поворачиваться очень медленно, с той стороны по двери зловеще процарапали когти, послышалось тихое, но холодящее душу рычание. И ради кого только Стайлз преодолевал свою гомофобию?.. Объект его толерантности оказался идиотом!

- А без посредственных киношных спецэффектов нельзя?! – Сарказм облекся в слова и сорвался с губ раньше, чем Стайлз успел подумать о рисках и выгодах такого обращения с гордыми вервольфами.

- «Посредственных»? Это же классика жанра! – Горечь обиды в голосе непризнанного актера была настолько искренней, что Стайлз даже устыдился своей не очень-то и обоснованной критики. Стайлз вежливо улыбнулся и, поймав насупленный взгляд, несильно похлопал раненой правой рукой по одеялу, приглашая гостя присесть.

- Вообще-то нет – ничего так исполнение! – Стайлз решил подбодрить оборотня, подтолкнуть и дальше развивать артистический талант в амплуа «монстра за дверью», - Тебе еще немного порепетировать, и в следующий раз я, возможно, от реалистичности подачи сделаю что-нибудь по-детски непосредственное, навсегда покрыв себя позором.

Дерек снисходительно улыбнулся. Звездная болезнь начинается с мАлого. Стайлз хмыкнул.

- Как твоя рука?

- Ты суровый техасский альфа или «моя вторая» папа? – Растянулся Стайлз в издевательской улыбке.

- Я твоя пара. Первая, надеюсь. И единственная. – Все-таки - суровый альфа.

- Откуда это ты знаешь?

- Что единственная? Не вижу здесь толпы твоих поклонников-кандидатов в делегаты на тот свет.

- Оу! Это я, что ли, на тебя так благотворно влияю? Ты, наконец, учишься пользоваться чувством юмора? – Стайлз, пытливо уставился Дереку в глаза снизу вверх, приблизившись лицом к самому его носу. Жест получился интимным…

- Стайлз…Я хочу…

- Нет! Ты с ума сошел?!! Отец дома!!! Ни за что!!! Даже не думай!!!!

- …вылечить твою руку.

- А?.. Ха. Ха-ха. Я, на самом деле, так и подумал. Над тобой просто решил прикольнуться! И ты повелся, да? Ха. Ха…

Конфуз…Да…. И, конечно же, Дерек видит этот обличающий стыдный румянец. Но тактично делает вид, что не видит. Тоже мне – школьный психолог! Стайлз раздраженно-небрежно сует ему под нос свою руку, откидываясь на спину и закрывая глаза. Ну, позо-о-орище! «Да, Стайлз!.. Дерек сделает карьеру монстра за дверью, а ты в это время будешь играть озабоченную нервную девственницу!.. В рекламе противозачаточных таблеток…». Под аккомпанемент трагических стайлзовых вздохов («Какой артист погибает!»), Дерек быстро разбинтовал повязку вокруг запястья. Поднес руку Стайлза к лицу, принюхался.

- А вот и первый камикадзе…- голос альфы не обещал ничего хорошего. Стайлз открыл глаза. Одно из двух – или у него видения с фрагментом улицы красных фонарей, или оборотень передумал лечить его руку, а надумал – откусить. Зачем иначе сейчас отращивать зубы и зажигать глаза? Стайлз не понимает.

- Я не понимаю.

- МакКол все-таки посмел тебя облизывать?! И ты позволил?!! – Вот-те на! Сцена ревности! Содом и Гоморра, блин! Да, Дерек, ты прости, но наши с тобой отношения уже как-то рутинизировались, что ли, - приелись, так что уж не обессудь, но я решил взбодриться, полизавшись со Скоттом! И вообще – не внюхивайся в мою личную жизнь!

- Я уж не знаю, что ты там учуял, Парфюмер…(«Ну, что за рожа – и этот фильм не смотрел?!»), но со Скоттом у нас ничего не получилось… («Ну, зачем еще больше высовывать клыки?! И так уже на моржа похож!..»). Вылечиться! Вылечиться не получилось. Скотт плюнул мне на руку, я растер – было мерзко и противно, а результата – ноль. С его слюной ничего не получилось…

- Вы идиоты! Ничего и не могло получиться! Ты – мой!!!.. Мой … симбионт!

- Симбионт – это от слова «симбиоз»? – с готовностью включился в научную дискуссию Стилински. Лишь бы увести разговор от этого пугающего и волнующего «мой», в котором прозвучало столько жажды страстного обладания, столько взрослой ответственности и столько невысказанных обещаний… одним словом - много всего, чего Стайлз пока не готов был осмыслить.

- Да…симбиоз.

- И как это работает? – главное не снижать градуса проблемного обсуждения! Чтобы увлечь собеседника своей заинтересованностью.

- Вот так…- Дерек полностью вернул себе человеческий облик и, не сводя прямого взгляда со Стайлза - глаза в глаза – медленно поднес его руку к губам, осторожно сжимая в ладони слегка повлажневшую ладонь подростка. «Тьфу! Я что, принцесса на балу?! Он поцелует мне руку, а мне потом – что, соскочить с кровати и присесть в реверансе?! Не дождется!» - Стайлз нервничал. Очень нервничал. Даже как будто слишком. Ведь ничего судьбоносного, в общем-то, не происходило: Дерек почти невесомо коснулся воспаленной кожи губами и тут же поднял голову, вернув полностью восстановленную конечность Стайлзу.

- А, может, и дождешься…- задумчиво протянул Стайлз, с восхищением обозревая гладкую здоровую кожу своего запястья.

- Чего дождусь? – улыбнулся Дерек. Ага, вот теперь ты заинтересовался! Симбионт…

- Реверанса. Не бери в голову! Спасибо, что заштопал, док! – нацепив на лицо строгое выражение, Стайлз попытался взять под козырек в стиле крутых коммандос.

Улыбка Дерека стала шире. И задорнее. И соблазнительнее… Стайлз не мог смотреть на эти губы и не вспоминать, какими страстными и чувственными ощущались они его собственными губами.

- Ну, я пойду, наверное. Отдыхай. – Дерек поднялся с кровати и развернулся решительно к двери. Ээээ!.. Куда?!!! Кто тебя просит уходить сейчас?!!.. – Позвони, когда… Когда захочешь, позвонить.

Мозг-мозг-мозг! А-ну, быстро рожай мотивацию!!! Пристойный повод Дереку остаться…Важный повод Дереку остаться…Да любой уже повод Дереку остаться?!! Ну? Ну?! Ну?!!! Он же уже у двери! Мозг, ну не сучься!!!!

- Дерек!

- Ммм? – Он не обернулся и не остановился! Он уже открыл дверь!

- Может… останешься?..

Хейл подарил двери самую широкую из своих заговорщицких улыбок. Спрятал ее. Закрыл дверь. И обернулся. Чтобы остаться.

***

«Кораблю безопасно в гавани, но не для этого строят корабли» - всплыла в голове Стайлза еще одна прочитанная где-то цитата. Она добавила тяжести одной из чаш воображаемых весов, с помощью которых Стайлз вот уже несколько минут пытался понять, правильно ли он поступает. На одной чаше лежали такие насущные открытия как: «Жизнь коротка: нарушай глупые правила!», «От Дерека так вкусно пахнет…» и «Отец, скорее всего, не войдет без стука?..» - к этой группе и причалила свежевсплывшая мысль про «корабли». Вторую чашу тянули вниз строгие житейские мудрости: «Любая страсть толкает на ошибки», «Владей страстями, иначе они овладеют тобой» и «А, вдруг, отец все-таки войдет без стука?!!». Конечно, лучше бы Стайлз сначала все-таки довзвешивал свои опасения и желания, а потом уж поддавался последним. Но Стайлз всего лишь человек – он слаб. А оборотень – не человек, он – альфа-самец и он силен. Особенно - в поцелуях! Особенно - когда лежит вот так на спине в притворно-уязвимой ("Не волк, а прямо хитрый лис!") позе, позволяя Стайлзу быть сверху и как будто даже командовать парадом. В смысле - процессом. Но ключевое слово все равно - "как будто". Впрочем, Стайлз сам виноват – надо было раньше думать о последствиях, прежде чем, забравшись на дерево, оттолкнуть лестницу. Это он предложил Дереку остаться…(Ладно-ладно, ПОПРОСИЛ Дерека остаться!), он сам заварил всю эту кашу (которую теперь ел большими ложками, причем - черт! - не без удовольствия!). Хотя, надо признать, начиналось-то все весьма невинно…

- Может… останешься?.. – голос прозвучал до катастрофичности жалко. Стайлз сидел на постели, сжав в руке одеяло (то ли собираясь отбросить его, то ли – накрыться с головой) и смотрел Дереку в спину. Ожидая. Опасаясь. Предвкушая… Стайлз был жалок. Но Дерек все равно его не бросил. И не ушел. Очень он все-таки отзывчивый! Ну, - для оборотня…

Дерек закрыл дверь. Развернулся. Кивнул, глядя в глаза. Улыбнулся. Ласково… И, спросив, куда можно положить куртку, начал ее расстегивать. Под курткой обнаружилась темно синяя футболка с какой-то красочной картинкой на левой стороне груди …Стайлз присмотрелся… Человек... С волчьей головой?.. «Да ладно?!».

- Чува-а-ак! Что я вижу?! Египетский Анубис? – парень засмеялся и вскинул руки, тут же забыв про необходимость робеть и смущаться. – Не упускаешь случая подчеркнуть свою индивидуальность, да, красавчик?!

Дерек вопросительно сдвинул брови, проследил направление стайлзова взгляда… И вдруг весь как-то сник, отвел глаза, бросил куртку на компьютерный стул и, не глядя на Стайлза, сел на край кровати.

- Это сестра… Подарила когда-то…

Стайлз, ты тупой неуклюжий варвар! Ни на что не годный бессердечный сухарь!! Бестактная скотина!!!

- Дерек, господи… Прости! Прости, пожалуйста!.. Я идиот! Я не знал про сестру…То есть знал.. но не это… Прости… - Слова не помогут. Слова хороши, когда легко и весело. Когда тяжело и грустно, нужны действия. Жесты. Прикосновения. Стайлз на четвереньках подполз к Дереку сзади, встал на колени, и несмело обнял его поперек груди, покаянно опустив дурную голову на напряженное плечо.

- Прости…

- Все в порядке. В порядке. Спасибо… - Дрожащую ладонь Стайлза сверху накрыла теплая уверенная ладонь. – Ну, так… Ты сказал мне остаться. Ты что-то хотел?

- Я?! – тут же отскочил Стайлз.

- Нет?.. – в недоумении обернулся Дерек.

- Да! – быстро поправился Стайлз. И снова повисла пауза.

- Может, ты хочешь подробнее узнать про нашу …ммм… наши узы? – подсказал Дерек.

- Да! Да, про них-то я и хотел расспросить поподробнее! Да! Вот… - Стайлз на мгновение задумался, садясь по-турецки. Дерек тоже устроился поудобнее, положив ногу на ногу. Слегка откинувшись, чтобы опереться на вытянутую руку. – Вот, ты меня только что вылечил. И говоришь, что это благодаря …ээээ…этим узам. Но! Недавно ты также вылечил Айзека (а у него травмы были просто жесть!). В чём разница-то?

Дерек улыбнулся. Протянул руку, на которую не опирался, погладил большим пальцем залеченное стайлзово запятье. Волоски по всей руке Стайлза тут же встали дыбом.

-Чтобы вылечить Айзека, я прилагал усилия, чтобы помочь тебе – просто пожелал этого. К Айзеку мне пришлось применить…что-то вроде «переливания» энергии («Так. Ага. Пошла тема про «волшебный эликсир» мишек Гамми!..»). К тебе… К тебе мне нужно было просто – прикоснуться. – Ну, и что это за долгий многозначительный взгляд??? Намек, что наступает момент… для поцелуя?! («Автор, сожги сценарий – он весь в розовых соплях!»).

- Ясно. Ладно. Ну, а… Сам-то ты как? Восстановился после полнолуния? Ну, я имею в виду - тебе-то самому все это … помогло? – Стайлзу почему-то было очень неловко спрашивать о том, как работают «узы» в обратную сторону, словно он призывал Дерека поделиться чем-то очень личным.

- Да. Да, я чувствую себя … очень хорошо! Когда ты рядом. – Дерек смутился?.. Дерек смутился! Что могло смутить этого бесстыдника?! Стайлз покраснел.

- Значит… Моя теория работает… - Задумчиво пробормотал Стайлз. – Нам просто нужно быть рядом. Ну, - чаще встречаться, там, телек вместе смотреть… И ты будешь в тонусе. Да?

Хейл встрепенулся. Нахмурил брови, сузил глаза, пригвождая Стайлза взглядом к кровати. Стайлз окаменел. «Да, ладно тебе, собака-подозревака, ты чего это?..»

- Вообще-то, нет. – медленно произнес Дерек, быстро переведя взгляд на губы Стайлза и обратно. – Просто смотреть вместе телек будет НЕдостаточно.

- Нет?..

- Нет.

- Ннноо… Но Скотт говорил…

- Знаешь, Скотт мне надоел! – запальчиво признался Дерек.

- Раньше я думал, только я способен по-настоящему тебе надоедать!.. – не сдержал ревнивого упрека Стайлз.

- Раньше, я тоже так думал! – успокоил его Дерек, для пущей убедительности даже похлопав по коленке. И не убрав после этого руку!!!

- И все же!.. – задохнулся Стайлз. – Все же Скотт говорил, что, мол «каждое прикосновение, каждый поцелуй, просто близость» пары… То есть – нет! Нет, поцелуев в цитате не было. Я все это к тому, что «просто близость»…

- А, знаешь, я, кажется, ошибался насчет Скотта. – Дерек поймал вопросительный взгляд Стайлза, расплылся в чеширской улыбке, а затем отодвинулся от парня. Наклонился. Снял ботинки. Вернулся на кровать. Потянулся к стайлзовым лодыжкам, вытянул за них его ноги, опрокинул Стайлза на спину. Забрался сверху. («Автор! Верни, верни, пожалуйста, прежний сценарий!! Я согласен на розовые сопли и просто поцелуй!!») – Да, я - ошибался. А Скотт – прав. Прикосновения.

Дерек запустил руки Стайлзу под футболку.

– Поцелуи.

Дерек жарко прижал губы к губам Стайлз, алчно раздвинул их языком, обнаружил и быстро завоевал чужой язык, собрал дань вздохов и пары не удержавшихся в Стайлзе стонов.

- И, конечно же… Близость.

Дерек слегка приподнял бедра и быстро опустил их, красноречиво толкаясь пахом в пах Стайлза. И не переставая блудливо улыбаться. Стайлз, защищай свою твердыню юности! Она в опасности!

- Мне шестнадцать лет!..- с вызовом обнародовал Стайлз.

- Вот так дела!.. А когда ты так об этом говоришь, выглядишь - младше...- неблагородно подсмеивался наглый оборотень. А смеяться над маленькими - нехорошо!

- Педофил!

- Кокетка.

- Что?!! Я?!.. Ты считаешь, что это я так ... заигрываю?!!!! Животное!!!

- Зоофил!..- улыбка триумфатора совсем не шла Хейлу. По твердому убеждению Стайлза.

- Ты! Прекращай использовать в спорах против меня мои приемы остроумия - это, между прочим, запатентованное оружие!

- Тогда... Могу я уже достать свое оружие?..- улыбка триумфатора все же была лучше - добрее, что ли... чем этот вульгарный голодный оскал.

- Нет! Знаешь, Дерек, давай я все-таки лучше поделюсь с тобой авторскими правами на свои шутки?.. - Соглашайся! Соглашайся! Это - щедрое предложение!

- Хорошо. А я - в благодарность - поделюсь с тобой своим... опытом. - "Опытом?! Опытом съедения невинных агнцев?! С наглядной демонстрацией на примере единственного агнца в этой комнате?!!"

- Нет-нет, не стоит благодарности! Я ведь - от чистого сердца! - Стайлз Стилински - золотой человек! Рубаха-парень!

- Ты не знаешь, от чего отказываешься....- прошептал мужчина в самое ухо подростка, а его руки, которые до этого спокойно отдыхали на спине Стайлза под его футболкой (как будто просто залезли туда погреться) вдруг проснулись и намекнули на суть предложения хозяина не вербально: одна скользнула под футболкой на живот и вверх - огладить по очереди оба соска, мягко сжимая и потягивая их; другая рука альфы - поступила еще бесстыднее - она вынырнула из под футболки и опустилась прямо на ширинку, начав совершать пальцами провокационные массажные движения.

- Ннне знаю?.. Конечно, я не знаю!.. Черт! Мне ведь еще только шестнадцать! - с усилием, достойным Геракла, Стайлз оторвал от своего паха пятиглавую Гидру, служившую Дереку правой рукой.

- А ты повторяешься! - ухмыльнулся Дерек, легко щелкнув Стайлза по носу одной из голов угомонившейся гидры.

- А ты не слушаешься! - выпалил Стайлз. И сразу замолчал.

- А ты ... хотел бы, чтобы я тебя слушался? - рассмеялся альфа. И вот тогда он поменял стратегию нападения. («Которое от этого не перестало быть нападением!»). Дерек прижал Стайлза к себе, легко приподнял и одним плавным движением перевернулся вместе с ним, оказавшись снизу. «Вот так и на выборах в Конгресс, – невпопад пришло на ум Стайлзу странное сравнение, - Вроде, каждый раз побеждают разные партии с разными программами, но от власти им всем нужно – одного. Удовлетворения собственных политических амбиций». Политические амбиции лежащего под Стайлзом мужчины уже активно поднимались внизу для голосования. У Стайлза, правда, тоже было право голоса – и оно поднялось, обозначив себя, но – увы – явно предательски тяготело к политическим амбициям Дерека и находило их весьма уместными. «А потом мы удивляемся, что не можем влиять на власть и политику в собственной стране!» - успел с отважным гражданским пафосом возмутиться про себя юный революционер. Но через миг - действующий (под ним!) политический лидер (диктатор!) увлек Стайлза в машину своей государственной власти и умчал на бешеной скорости в неизвестном направлении.

***

@темы: слэш, Дерек/Стайлз, Teen Wolf, "Чтобы быть с тобой", фанфикшн

URL
Комментарии
2012-06-27 в 02:32 

racoon1111
большое спасибо что выкладываете и тут)))
довольная как слон))


2012-07-06 в 00:04 

elena.knijka
Если вы ненароком полюбили кота, вовсе необязательно на нем жениться
М-м-м, с таким удовольствием сейчас читаю)))
Прямо мурлыкать хочется)
Спасибо:white:

2013-01-22 в 02:37 

italian polyglot
"Путешествовать - значит рождаться и умирать каждое мгновение"
Автор, Вы прекрасны) Я давно так не смеялась!)))))))) Стайлз со своими мыслями-скакунами и алогичным мыслительным потоком просто душка)))) Дерек впрочем не отстает))) Реально ребята жгут!!!:-D:-D

2015-02-18 в 13:40 

Eliestra
Я - это Я, не больше и не меньше.
:vict: офигенно! не знаю, то ли ухахатываться, то ли сгорать от эмоций.. го-о-оррррячо!!!!
пока, из всех прочитанных мною Стереков, этот самый шикарный! именно такой какой надо!

   

salomeya0801

главная